Спать хочу. Мне нужно

«А когда меня хвалили последний раз?» — иногда спрашивала себя Аня и с трудом вспоминала: кажется, это было в детском саду.

Да, пожалуй, так и было. В детском саду, вплоть до подготовительной группы, воспитатели не могли нарадоваться на тихую спокойную девочку: послушная, умненькая, все умеет делать сама. Но даже не это главное. Чаще всего ее хвалили за то, что она всегда спала во время тихого часа. почти все дети долго не могли улечься, потом крутились, баловались, шептались. Кто-то вообще не спал и мешал другим. А вот Анечка засыпала сразу, и ее всегда приводили в пример: вот она только легла и вот уже спит.

А потом Аня пошла в школу и то, за что ее хвалили в садике, превратилось в главный недостаток. Теперь ей регулярно доставалось от родителей за то, что она слишком много спит. «Лентяйка, лишь бы поспать!» — бушевала мать. — «Всю жизнь проспишь!» — презрительно бросал отец. А Аня ничего не могла сделать — она просто хотела поспать.

Родители не разрешали ей делать уроки самостоятельно, боясь, что она все перепутает, поэтому за уроки она садилась, когда мать приходила с работы — около восьми вечера. «Мам, я очень устала, ничего не соображаю и очень хочу спать, — жаловалась Аня. — Почему я не могу сделать уроки днем, а ты вечером просто проверишь? Мне тяжело так…» — «Думаешь, мне легко? — взрывалась мать. — Я вообще-то с работы пришла, всех вас ужином накормила, а теперь с тобой должна сидеть!»

Аня ложилась спать около часа ночи и совершенно не высыпалась. Она пробовала спать днем, пока родителей нет, но однажды проспала контрольный звонок отца и получила такой нагоняй, что больше не рисковала ложиться днем. Поспать подольше ей не разрешали и в выходные. В восемь утра она уже должна была завтракать, потому что дольше спят только лентяи. И вообще. Выходить из режима нельзя было и в выходные.

Усталость накапливалась, и однажды Аня заснула на уроке. После этого случая над ней смеялись и в школе. «Я тебя буду называть Соней, а не Аней!» — сказала учительница, и прозвище «Соня» намертво приклеилось к ней до окончания школы.

Немного полегче стало в институте. Аня сразу сказала, что поступать будет в другом городе и жить только в общежитии. Нельзя сказать, что там была райская жизнь — студенты любили устраивать шумные вечеринки, которые иногда затягивались до поздней ночи, но, по крайней мере, Аню никто не трогал, не смеялся над ней и не называл ни «соней», ни «лентяйкой». И она вздохнула с облегчением.

 

Прошло несколько лет, она успела закончить институт, устроиться на работу и выйти замуж за Михаила — своего коллегу. Им было хорошо вдвоем, они понимали друг друга с полуслова, им нравились один и те же вещи. Даже характеры у них были очень похожие: оба спокойные, уравновешенные, немного медлительные. А еще — у них была одинаковая потребность во сне: Михаил тоже не мог спать мало, чувствуя себя на следующий день чуть ли не больным.

Единственно, что омрачало их гармонию и счастье , было отношение свекрови к Ане. Вернее, даже не к ней самой, а к тому, что она долго спит. Ане иногда казалось, что она слышит не свекровь, а собственную мать. Не стесняясь в выражениях, она несколько раз называла Аню лентяйкой и «лежебокой», на семейных праздниках тяжело вздыхая, приговаривала, как ей не повезло с невесткой — только бы спать целыми днями!

Михаил пытался заступиться за жену, объяснял, что ЕГО все устраивает, кроме того, он и сам должен много спать, чтобы нормально себя чувствовать, но на это мама отвечала, что он мужчина и для него это естественно. А для женщины — позор.

 Свекровь любила позвонить в семь утра в выходные, чтобы удостовериться, что Аня уже встала. Никаких объяснений она не понимала. Ее не останавливало даже то, что своими звонками она будут и сына, который спит рядом. Бесполезно.

Аня и Михаил пробовали ставить телефоны на беззвучный режим или попросту выключать их, но когда свекровь пару раз приезжала на такси и начинала ломиться в дверь с криками: «Что у вас случилось? Вы живы? Дозвониться не могу!», поняли, что и это не вариант. Надо было что-то делать, но пока придумать они ничего не могли.

Тем временем выяснилось, что Аня ждет ребенка. «Это какой-то кошмар! — жаловалась она врачу. — Я и так не могу спать меньше восьми часов, а теперь спать вообще хочу постоянно… Может, таблетки какие-то нужны?» — «Не говори ерунды! — прервала ее пожилая доктор. — Все с тобой в порядке. хочешь спать — спи, кто же тебе не дает? Если что, я и больничный могу выписать — если прямо совсем туго будет. Обычно ко второму триместру это проходит. Спи, милая! Ребеночек родится — про сон можно будет совсем забыть! Так что высыпайся заранее!»

Конечно, это заявление Аню обеспокоило. И правда — они с Мишей оба должны высыпаться, а как же малыш? Если только по очереди к нему вставать. «Ну да, конечно! А как же еще? — успокоил ее Михаил. — Уж я-то знаю, как это тяжело, когда не выспишься! Конечно, будем по очереди к малышу вставать. Ты одна не справишься или нервный срыв заработаешь. А мне это надо?»

Аня обняла мужа и рассказала ему об идее, пришедшей ей в голову после слов врача и после его собственного заявления. Дело в том, что мама Михаила, не смотря на ее закидоны относительно сна, человеком была хорошим. Она по собственной инициативе помогала молодым, никогда не отказывала, если ее о чем-то попросили, всегда охотно учила Аню готовить любимые блюда Михаила и учила ее житейским хитростям для ведения хозяйства («лайфхакам», как это называла сама Аня).

Свекровь часто баловала молодых пирожками собственного изготовления, привозила с дачи ягоды и овощи и даже периодически пыталась сунуть Ане деньги «на хозяйство», не слушая отказов и уверений, что они хорошо зарабатывают и сами могут ей помогать финансово.

А еще свекровь страстно мечтала о внуках. Она очень переживала, что здоровье не позволило ей родить еще одного ребенка, кроме того, она сама была единственным ребенком в семье. Как и ее покойный муж. Да, она очень хотела, чтобы у ее Мишеньки было много детей, а у нее — внуков. Вот на этом и предложила сыграть Аня (испытывая, правда, некоторые угрызения совести за обман).

…»Мамуля, нам нужны деньги,» — склонив голову почти в чашку, тихо проговорил Михаил, сидя на маминой кухни. Аня молча вздохнула. — Конечно, сына. Покупаете что-то?» — «Если бы, — вздохнул и Миша. — Аню в больницу кладем… Хотим, чтобы все хорошо сделали…» — «Ох ты, Боже мой! — переполошилась свекровь. — Да что случилось-то?»

«Да ничего страшного, просто…» — «Просто я была у врача, — вступила Аня. — Я беременна. И все время хочу спать. Врач сказал, что так и должно быть. Понимаете? Я и так много сплю, а теперь… Ведь это неправильно… Это позор для женщины…» — «А еще мы поняли, что с ребенком не справимся, — продолжил Михаил. — Потому что Ане врач сказал забыть про сон, когда малыш родится…»

«И что? — предчувствуя недоброе спросила свекровь и без сил опустилась на стул.» — «Ну… мы решили, что ребенка не будет. И сейчас, и вообще. Мы не потянем. Поэтому Аня решила сделать такую специальную операцию…» — «Никаких операций! — свекровь так грохнула кулаком по столу, что и Аня , и Михаил подскочили от испуга. — Я покажу вам — операция! Щас, размечтались! Спит она, видите ли! И я спала, и что теперь? Дите жизни лишать???»

«Но потом, с малышом… «- робко начала Аня. — И потом справитесь! Ничего страшного! Вон, Мишка здоровый какой! Не поможет, что ли? А я днем буду приходить, ты поспать сможешь, отдохнуть. Придумали они… без внуков меня оставить… Даже не думайте!» — она не заметила, как Аня и Михаил переглянулись — так сильно рассердилась.

Конечно, и Михаил, и Аня прекрасно понимали, что поступили не слишком красиво по отношению к пожилому человеку, сыграв на ее слабостях, и это удручало их. С другой стороны, после того разговора свекровь словно подменили — она, конечно, и теперь иногда ворчала, но больше ни разу не упрекнула Аню в том, что она слишком долго спит.

А когда родилась Машенька, стала самой заботливой и любящей бабушкой в мире. Она действительно приходила почти каждый день и с порога заявляла Ане: «Спать иди! Тебе нужно!..»

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.09MB | MySQL:64 | 0,389sec